Даль хорошо забытого

Рубрика в газете: В защиту русской речи, № 2026 / 37, 18.09.2026, автор: Маргарита СОСНИЦКАЯ

Словарь может удивить больше, чем любой бестселлер. Бестселлеры проходят, а словари остаются. Откройте любой иностранный словарь и найдёте там массу слов, не нуждающихся в переводе: немецко-русский (Abonnent, Absatz, absurd, Agressor, Agitator, Akkord, Akkordeon, Akrobat, Akt, Alpinist, Auto, Balkon, Bluse, Diplomat, Direktor, Doktor, Kollektiv, Korridor, Kapitalist, Kartoffel, Lokomotive, Moment, Motor…), французско-русский (bouquet букет, boxeur боксёр, brigade бригада, broche брошь, brise бриз, buffet буфет, etage этаж, châle шаль, garage гараж…), англо-русский (banquet, baptism, baron, capital, cigar, click, client, comedy, combat…) и т.д. Не говоря уже о том, что такие слова, как Basketball, Literature, budget, barricade, bank, bomb и пр., одинаковы во всех языках. Также аналогичной является вся терминология греко-латинская, музыкальная, спортивная, и прочая интернациональная космополитическая и напротив, всякая чисто национальная, как китайское каратэ, японское саке и суши или русская матрешка, тройка, перестройка или калашникоф. Кстати, слово «интеллигенция» ввёл в обиход русский писатель Пётр Боборыкин, первый написавший в 19 столетии сочинение (роман) под названием «Василий Тёркин». Очень много общей лексики также в сфере флоры и фауны (роза, мимоза, тюльпан) и фруктово-овощной (ананас, банан, лимон, помидор, томат) и пр.

Это открытие аналогий нас приятно удивит, особенно тех, кто желает стать полиглотом.

Но откроем «Толковый Словарь Живого Великорусского языка» Владимира Ивановича Даля; в данном случае издательской группы «Прогресс» «Универс», Москва. 1994, т. 4. Откроем наугад: бунтик, булдырь и… бундарить. Бог любит и Троицу. И трёх примеров достаточно, хотя их полдюжины на каждой странице, чтоб показать закономерность. Кто знает, что означают эти три слова? Что такое треш, хейтер или релевантность теперь знают все, кому не лень.

А бунтики? Да, конечно, существуют историзмы, сданные в архивы времени, ибо вещь вышла из обихода. А бунтики?

«Хвосты волка или лисицы, носимые вместо перчаток, на петельке, надетой на средний палец». Стр. 347.

То есть по современным понятиям это разновидность брелка, цепляемого на сумку, на скрепе её с ремнём ручки. Вещь продолжает бытовать, а слово ветром сдуло, вихрем враждебным.

А булдырь? Отдаёт, конечно, забулдыгой, но не тут-то было.

«Волдырь, шишка, нарыв, пузыристая опухоль. // неровное, дурное место в поле, бедное растительностию. Не ставь сени булдырём, не ставь особняком, на отшибе, особым волдырём, а ставь к избе. Не ставь наши сени булдырём, ставь высоким теремόм, почитай их почётом (почотом в словаре – М.С.). Без ухожей не дом, а булдырь. Булдыри, булдырья, пузыри на воде, дождевые или от брошеннаго камня; бульбушки».

В ухожей узнаём прихожую.

И третий пример.

«Бундарить см. бунить». (Только глухой не услышит тут Бунин).

«Бунить тмб., бучáть кур. Гудеть, издавать глухой звук, гул, рёв; реветь, мычать. Бучень или выпь бунит. Корова бучит./…/ Поднять бучу, крик, шум, содом. Бунчать – петь про себя, вполголоса, глухо: о пчёлах: жужжать. Буня спесивый, чванный человек»…

Выпь – птица семейства цаплевых.

 

 

Имя, как известно, определяет суть. Или как корабль назовёшь, так он и поплывёт. И современники вспоминают Ивана Алексеевича Бунина как человека желчного. Кто-то из его праотцев – о том свидетельствует слово – наверняка был буней. Маяковский ему, Ивану Алексеевичу, казался «наглым графоманом» и «самым низким, самым циничным и вредным слугой советского людоедства». А его «Окаянные дни» наш народ прочитал только в постсоветскую эпоху. Ну и бучу Бунин поднял на весь мир, став Нобелевским лауреатом 1933 года.

Но мы отклонились от главной мысли и цели нашего разговора. Почему бы не ввести в школы уроки Толкового Словаря Живаго Великорусскаго Языка Владимира Даля? Ведь с детского сада детей заставляют учить английский. А мы каждый день слышим неологизмы в речи, репатриировавшие к нам с туманного Альбиона; уборщица стала клининг менеждером, печатник принтером, а буфетчик баристом. В начале всякого возрождения было Слово. Так почему бы не возвратиться на круги своя?