Памятник при жизни

Рубрика в газете: Проза, № 2026 / 37, 18.09.2026, автор: Иван САБИЛО

 

Поздним вечером Дима Уралов улёгся в постель и закрыл глаза. Но не спалось. Он вертелся на тахте и обиженно думал о том, что годы его бегут неуправляемо, с каким-то пугающим ускорением. Уже двадцать семь, а ничего он собой не представляет, всего-то мелкий офисный работник в городском департаменте здравоохранения. И что дальше? Ни в какой партии не состоит, никакими творческими способностями не обладает. Даже девушки приличной, которой можно предложить руку и сердце, не имеет.

Выбросил девушек из головы и решил спать, но не тут-то было. Всё что-то мешало, что-то подсказывало включить компьютер. Не хотел вставать, но решил, что это интуиция, а к ней нужно относиться почтительно.

Включил. Посмотрел почту и ахнул – ООО «Врождённое достоинство» сообщает:

«Уважаемый г-н Д. Уралов! По итогам городского конкурса фамилий Вы объявлены победителем, с чем Вас и поздравляем! Вам, первому в нашем городе, будет установлен памятник во весь рост. Изваяем памятник мы, а вам предлагаем в 24 часа оплатить изготовление цоколя. Его стоимость 99999 рублей. Деньги – на счёт 111213141516171819. Все вопросы по телефону…»

«Хм, каких только конкурсов не придумают! – восхитился он, трижды перечитав письмо. – То тебе – «Голос», то тебе – конкурсы красоты, то, как сейчас, – фамилий. Но, почему бы и нет? Выходит, понравилась членам жюри моя фамилия? Конечно, красивая, звучная – Уралов! В ней и торжествующее восклицание – Ура! И определение, кому: ура – лову! И египетский, а также древнеславянский бог солнца – Ра!.. Понимают корифеи из жюри. А ты говоришь, будто ничего собой не представляешь. Да одна твоя фамилия делает тебя интереснее и значительнее многих столпов мира и войны. И хорошо, что цоколь, как же без цоколя? И деньги не такие большие – меньше ста тысяч. Нужно узнать, кто скульптор, и посоветоваться насчёт костюма – летнего, или зимнего, как сейчас».

И, если до этого сообщения ему не спалось, то теперь и вовсе не до сна. Он безжалостно терзал в своих переворотах простыню и пододеяльник, и ярко представлял себе памятник с протянутой, как для пожатия, рукой… Или нет, с обеими руками, сложенными на груди. Как у нас, возле Морского корпуса, на памятнике Ивану Крузенштерну. И милую, лёгкую девушку, с которой он гуляет по городу, и постепенно подводит её к памятнику самому себе. Он видит её удивление, потом восторг, потом лёгкий румянец на щеках от озарившей всё её существо любви. Нет, чёрт возьми, в хорошей всё-таки стране мы живём. В отличной стране! – думал он. – И с деньгами на цоколь нет проблем – ты их уже почти накопил на будущую машину. Так что какая-то сотня погоды не делает. А когда он вспомнил, что к своим двадцати семи ничего не успел, то сразу подумал: «Надо действовать!»

Утром он пошёл в банк возле своего дома, и отправил означенную сумму на указанный счёт. Довольный собой, он всю дорогу на службу думал о том, как выплеснет свою радость на сотрудников. Но тут спохватился – а зачем?! Они сами узнают об этом из газет и телевизора. И станут его поздравлять, а он великодушно скажет: «Да что же здесь такого? И вы могли запросто победить, если бы участвовали. У вас тоже отличные фамилии!»

В обеденный перерыв он уединился, достал телефон и набрал номер означенного «Врождённого достоинства». Ему тут же ответил приятный девичий голосок:

– Слушаю вас?

– Я по поводу своей победы в конкурсе фамилий. Уралов я. И перевёл деньги на цоколь. Хорошо бы связаться со скульптором.

– Простите, а зачем?

– Ну, уточнить, когда начнёт ваять, в чём к нему приходить?

– А что, вы уже умерли?

– Нет, но вы же указали срочно оплатить цоколь.

– Ну, так цоколь – это ведь основание для могилы. А раз вы живы, то речь о памятнике не идёт.

– А это…

– Всё, молодой человек, вы у нас отнимаете время.

В трубке раздались короткие гудки.

 

 

На несколько минут Уралов вырубился, как при нокауте. А когда пришёл в себя, первый, о ком он подумал, об адвокате. Открыл записную книжку на букве «А», но, вспомнив, как нынче дороги услуги адвокатов, тут же захлопнул её.

«Нет худа без добра, – сказал он себе и улыбнулся. – Мы больше не станем откликаться на подобные инициативы. Жизнь продолжается, так что всё самое лучшее у нас впереди!..»

 

Москва, 2026