Сон разума рождает чудовищ

№ 2026 / 21, 29.05.2026, автор: Александр РЯЗАНЦЕВ

Чужая душа – потёмки. Александра Ильина, молодая писательница, работающая в жанре литературы ужасов, это прекрасно знает. И если в своём предыдущем сборнике «Демонизация» она водила читателя по тёмным сюжетным тропам японской мифологии, то в новой книге «Реминисценция» возвращается в родной, славянский мир – где есть не только боги, но и монстры. И, как оказывается, они себя вполне вольготно чувствуют в тёмных закоулках Санкт-Петербурга.

 

 

Сразу хочется отметить системный подход, который автор применяет в своём творчестве – Александра Ильина выпускает небольшие сборники с «жуткими» рассказами, объединёнными определённой тематикой (Япония, Санкт-Петербург – что будет дальше? наш мир богат народами, у каждого своя культура – и свои чудовища), с иллюстрациями талантливых художников, очень стильным оформлением и обязательным сюрпризом в финале: если «Демонизация» заканчивалась самобытными хоррорку – короткими стихотворениями хокку на мистические темы, то «Реминисценция» завершается «Кратким бестиарием», в котором даны небольшие справки об упоминаемых в книге монстрах, а также их изображения.

И тут понимаешь, что в иерархии славянских монстров существует серьёзное неравенство – за счёт популярных в народе сказок мы с детства знаем, кто такой леший, лихо или русалка, и кажется, будто никого больше и нет. А вот и нет, славянская мифология куда богаче на нечистую силу – и узнаёшь об этом, как ни странно, благодаря сборнику рассказов Александры Ильиной. В частности, о таинственном жердяе (не жирдяе!), очень высоком и худом духе, который по ночам бродит по улицам, заглядывает в окна и стучит в двери, словно ветка дерева. Ещё говорят, что это призрак покойного, умершего насильственной смертью. Доподлинно неизвестно, насколько он опасен, но встреча с ним обычно заканчивается плохо: жердяй умеет отводить глаза, насылать морок и может проникнуть в дом, где нет оберегов. Спасает от него только освящённый предмет или приглашённый священник.

Или вот, например, огненный змей (он же любак, волокита или любостай). Тоже, скажем прямо, персонаж не из весёлых. Это злой дух, который чаще всего выступает в роли инкуба: принимает облик умершего или отсутствующего мужа и по ночам является к женщинам. Со стороны его можно увидеть как огненный шар или молнию, летящие по небу, а над домом он рассыпается искрами и проникает в печную трубу. Дальше его видит только жертва. И тут начинаются проблемы: женщины не спят, худеют, сходят с ума, а то и кончают с собой. А подарки, которые приносит любак, с восходом солнца превращаются в лошадиный навоз, черепки или камни. И главное – причина визитов обычно в том, что женщина слишком сильно горюет по умершему или тоскует по отсутствующему мужу. То есть горевать, получается, тоже надо уметь, чтобы не накликать беду.

Приятно, что автор, несмотря на жанр литературы ужасов, не забывает про живые, настоящие детали. Так, Андрей в «Омуте» слушает песню группы «Closer» Nine Inch Nails, а Марго в самом начале рассказа «Желание» заходит в парадную, а не в подъезд. Сразу становится понятно, что действие рассказа начинается не с абстрактного подъезда в любой точке мира, а в Санкт-Петербурге. Мелочь, а рассказу начинаешь верить. А без достоверности хорошей мистики не бывает.

«Цоканье каблуков по набережной Обводного канала заглушалось пролетавшими мимо машинами. На небе светило уже не дававшее тепла тусклое солнце, а изо рта вырывались облачка пара.

Внезапно налетевший порыв промозглого ветра запустил влажные пальцы холода под расклешённый пуховик Марго и мгновенно покрыл кожу мурашками. Ещё один порыв принёс чувство отдалённой тоски, которое подобно семечку попало в душу девушки и начало там прорастать.

Переходя Боровой мост, она остановилось, заворожённо глядя на небо. Солнце заволокло напыщенными тучами, и между ними, в светящейся лёгкой дымке облаков, угадывались очертания другого, висящего в небе города, создавая впечатление случайно открывшегося портала в другое измерение».

Вот, он Санкт-Петербург. И вот она, проза, когда точность детали подтверждается достоверностью происходящих событий: возьмём другой рассказ сборника, «Мама». Главная героиня рассказа, Алиса, переезжает в Петербург из провинции, сознательно выбирая его вместо Москвы, которую предлагала мать. Мотивация понятна и типична для молодого человека, ориентированного на творческую профессию: Петербург воспринимается как культурная столица, город великих писателей, композиторов и царей. Москва же в её глазах – средоточие безликой современной застройки (впрочем, мораль рассказа показывает, что Алиса была абсолютно неправа – в том числе и в этом вопросе).

Первое время Алиса испытывает эйфорию: гуляет по улицам, любуется архитектурой, наслаждается белыми ночами. Ей везёт с погодой – солнечно и тепло. Она даже звонит матери, чтобы опровергнуть её представления о суровом петербургском климате. Однако с наступлением зимы восприятие города кардинально меняется. Ледяной ветер, дующий «отовсюду сразу», гололёд под снегом, сосульки, угрожающие падением с высоты, низкое серое небо, создающее ощущение давления, – именно эти детали формируют подлинный образ Санкт-Петербурга. Именно здесь у Алисы впервые возникают мигрени и бессонница, и она даже начинает понимать мрачность текстов Фёдора Михайловича Достоевского («в таком городе, как этот, невозможно было написать ничего другого») – зимы в Петербурге очень тяжёлые, и только пережив их, можешь по-настоящему сказать, что ты знаешь этот город.

Прожив в Петербурге шесть лет, Алиса так и не смогла адаптироваться к зиме, и её душа начинает медленно погасать: героиня перестала замечать фрески, барельефы и маскароны. Ильина последовательно создаёт достоверную, узнаваемую атмосферу, чтобы затем поместить в неё мистическое. Суровая, подавляющая среда старинного города, в которой грань между реальностью и болезненным воображением легко стирается, подавляет. Именно в таком состоянии – усталости, хронического недосыпа, физического дискомфорта – человек становится наиболее уязвим для того, чтобы столкнуться с ужасом – и, увы, стать его жертвой.

Сон разума рождает чудовищ – не просто так Франсиско Гойя посвятил этой мысли одну из своих самых мрачных работ. Увы, в мире Александры Ильиной чудовища не задерживаются в головах у спящих. Они перебираются в реальность, и тогда единственное, что остаётся, – вовремя проснуться. Открыть глаза. Прогнать их, пока ещё есть время.

 

 

P.S. Символично, что книга вышла в издательстве «Четыре» – а это число, которое в японской культуре считается несчастливым числом, символизирующем смерть. Ещё одна реминисценция.