МУЗЫКА ЛЮБВИ ЗАУРА ТУТОВА

№ 2006 / 15, 23.02.2015


Сейчас все газеты только и пишут о зверском нападении футбольных фанатов на Заура Тутова. А я хочу в первую очередь напомнить, какой это замечательный певец. Каждый его концерт – откровение, открытие.
Но начну нашу беседу традиционно, с истоков.

– Заур Нажидович, так с чего же всё начиналось?
– Начиналось… Да всё было обычно. Музыкальное призвание определилось в школьные годы, хотя в детстве я мечтал стать медиком. Сам я родом из Нальчика, закончил там музыкальное училище, а потом меня призвали в армию. Служил на Сахалине обычным солдатом, никаких ансамблей не было. После армии я попал на всесоюзный конкурс исполнителей советской песни – так это тогда называлось. Был очень строгий отбор, но я стал лауреатом – завоевал вторую премию, после чего пригласили работать в Москву. И вот с 1976 года я в Москве. Закончил Музыкально-педагогический институт (нынешнюю «Гнесинку») по специальности «академический певец-преподаватель». Гнесинская академия очень серьёзное, пожалуй, самое серьёзное музыкальное учебное заведение страны, да и всего бывшего Советского Союза. Если в консерватории, скажем, готовят сугубо вокалистов, то здесь академический певец проходит очень хорошую вокальную школу, плюс изучает методику преподавания. Эта очень хорошая школа, она и поныне остаётся уважаемой. Даже иностранцы приезжают сюда учиться.
– Насколько мне известно, вы успешно применили и свои преподавательские знания.
– Да, пару лет я преподавал вокал в театральном институте – в ГИТИСе, ныне РАТИ. С ребятами работать было очень интересно, но, к сожалению, вынужден был уйти. Работа мешала моей основной деятельности – приходилось постоянно отпрашиваться на концерты, записи, гастроли, поездки. Думаю, что я всё-таки вернусь к преподавательской работе.
– Каждое выступление – большой стресс для артиста. Как вы с ним справляетесь?
– Первый раз я выступил для большой аудитории, когда учился в музыкальном училище. Было жуткое волнение, расхолаживающее, просто разбивающее напрочь. С годами всё это преодолевается. Я, конечно, и сейчас волнуюсь, только по-другому. Концерт – дело очень ответственное и серьёзное. Намного серьёзнее, чем я думал в юности. Волнение чисто творческое – хочется хорошо прозвучать, не дай бог заболеть или насморк подхватить. Это сегодняшним «фанерщикам» всё запросто: лишь бы сам живой был да рот открывал. Только губами шлёпать!
– Как вы находите свою – именно свою – песню, и как песня находит вас? По какому принципу вы подбираете свой репертуар?
– Это очень серьёзный вопрос. Для певца-вокалиста репертуар архиважен. Тут нужно подходить не из конъюнктурных соображений, а из своих – внутренних. Если песня затрагивает моё сердце, мой ум, моё мироощущение, миропонимание – я беру её с удовольствием, вне зависимости от того, кто её автор. Тем более что в моём стиле – стиле классического концертного певца – трудно найти современный репертуар. Я не говорю о классике – классика есть классика, она вечна и я пою её всегда. Как классику эстрадную (нашу отечественную и зарубежную), так и сугубо академическую – арии, романсы, русских и зарубежных авторов. Пою с удовольствием.
Идеология большого бизнеса, которая охватила всю страну, так называемый капитализм, работает по своим «форматам» (как принято сейчас говорить). Всё направлено на развлечение публики. Мол, раньше всё было очень плохо, а теперь – «жизнь удалась»: веселитесь, пойте, пляшите, ребята! Такова идеология большого бизнеса, и поэтому серьёзные вещи, к сожалению, практически не выходят в эфир – ни на радио, ни на телевидении. За исключением, может быть, телеканала «Культура», но и там такие произведения представлены мало. С репертуаром сейчас сложно и потому, что даже если и находишь подходящую песню, получается, что её просто бессмысленно записывать – тратить на это деньги, время. На перспективу работать очень сложно – нужно выживать. Когда у тебя дети, семья, приходится быть более практичным, и даже прагматичным. Несмотря на это, я, конечно же, ищу и нахожу интересные вещи. Иногда сам пишу музыку на хорошие стихи профессиональных поэтов.
– На концерте прозвучали ваши композиторские работы: «Адыги» (на стихи И.Машбаша) и «Песня русская» (сл. В.Дагурова). Как давно вы пишете музыку?
– Не так давно, лет, наверное, 15 – 20, хотя тоже уже немалый срок (смеётся). Но я не считаю себя в буквальном смысле серьёзным композитором, хотя в песенном жанре могу работать довольно профессионально. В отличие от многих сегодняшних «композиторов», которые, не зная нот, штампуют на компьютере мотивчики или выдают за новую песню русскоязычный плагиат западных хитов, я подхожу более серьёзно – сам пишу ноты, тему, вступления, проигрыши, всё как положено. Я пытаюсь работать творчески и стараюсь, чтобы мелодия сохраняла наш, отечественный колорит. Если это удаётся – я рад. На суд зрителя выношу не так много композиторских работ – три-четыре песни, не больше.
– Что для вас важнее – слова, смысл, музыка, возможность актёрской подачи?
– Музыка и поэзия в песне равноценны – одно дополняет другое. Хотя я лично склоняюсь в сторону поэзии. Стихи не могут называться стихами, если это набор слов, абракадабра. К таким «стихам» душа не лежит и, конечно, никогда не возникнет желания на них написать музыку. Да если и кто-то – кто угодно – напишет, я не возьмусь исполнять. Содержание стихов очень важно для меня. И, конечно же, музыка.
– Вы исполняете и эстрадные песни, а каково ваше отношение к современной эстраде? Кого бы вы назвали действительно хорошим исполнителем?
– Современная эстрада слишком коммерциализирована и слишком технологична. А поскольку аппаратура решает все проблемы с исполнением, такое понятие, как «настоящее пение», у нас девальвировано. Шоу-индустрия и настоящее вокальное искусство – вещи абсолютно разные, хотя эти понятия сегодня часто путают. В шоу-индустрии есть талантливые люди, которые хорошо работают именно в этом жанре и пытаются выйти на мировой уровень. Это естественно, так это и должно быть. Я не особо увлекаюсь эстрадой – я артист академического склада. Из наших эстрадных исполнителей могу выделить Валерия Сюткина – приятный, сдержанный, работает со вкусом, со смыслом. Я бы ещё назвал Сашу Малинина, тоже хорошо работает, хотя есть в его исполнении некая искусственная надрывность, страстность, но в целом – талантливый человек.
– То есть, даже исполняя эстрадные песни, вы себя к эстраде не относите. Я не говорю о шоу-бизнесе…
– Эстрада у нас довольно разноликая. Ту эстраду, где я работаю, я бы назвал «классической». Здесь должно быть искусство – и вокальное, и музыкальное, и поэтическое. Такие вещи в шоу-бизнесе не проходят. Вот если бы нашлись антрепренёры, которые смогли органично соединить и искусство, и деньги, – было бы замечательно. Последние 15 – 20 лет на Западе делаются такие попытки. И довольно успешные.
– Вы исполняете такие разные произведения – русские народные и неаполитанские песни, классические, эстрадные… Как они «уживаются» в вашем репертуаре?
– Уживаются очень органично. Неаполитанские песни пою с удовольствием ещё с юности. Их итальянский колорит, экспрессия очень близки моей природе, я их очень хорошо чувствую. Мои друзья, знакомые, коллеги часто шутят, что, наверное, в прошлой жизни я был итальянцем. Вполне возможно. Конечно же, я исполняю черкесскую народную музыку – музыку моей малой родины. Я её очень люблю. Люблю русские народные песни – это наше, родное. Я считаю, что все мы – одна многонациональная страна – выросли на русской культуре, её литературе, музыке; мы впитали русскую духовность, и в нас она живёт органично.
– На концерте вы говорили о гибели национальных культур. Насколько остро в настоящий момент стоит этот вопрос?
– В связи с тем, что сегодня происходит, я вспоминаю гениальное изречение Махатмы Ганди: «Я хочу, чтобы культура всех стран проникала в мой дом, но я не желаю, чтобы меня сбили с ног». Сегодня культура нашей страны сбита с ног. Наше образование, воспитание, нравственная сторона жизни. Это ощущается явно. Великая русская культура и культуры других народов нашей страны находятся в очень плачевном состоянии. Идёт, конечно, возрождение храмов, мечетей – всё это хорошо, но когда идёт перекос в религиозную сторону, а светская культура остаётся в стороне – это уже плохо. Основой любого общества, тем более такого многонационального и мощного, как в нашей стране, являются образование (оно должно быть на первом месте), культура и спорт. Если всё это будет заброшено – у нас очень мрачные перспективы.
– Вы много говорите о литературе, а можно узнать ваши предпочтения? Что вы читаете?
– В наше тяжёлое время большинство людей читает мало. И не потому, что не хотят, просто жизнь суматошная – все озабочены выживанием. Сам я вырос на русской литературе, люблю классику: читаю и перечитываю Блока, Гоголя, Тургенева (его очень люблю), очень люблю поэзию Лермонтова, Пушкина. Особенно – Лермонтова. А из современной прозы мне особенно близки произведения Фазиля Искандера: «Софичка», «Детство Чика», «Сандро из Чегема» и другие. Я считаю его не только писателем, но и великим мыслителем, очень мудрым человеком.
– Для каждого человека важно, чтобы его поняли, признали, оценили. Для творческого человека – тем более. Чьё мнение важно для вас – вашей семьи, зрителей, друзей, критиков?
– Мне важно мнение всех, кто меня слушает, иначе – для кого я работаю? Если мне удаётся принести радостные мгновения хотя бы немногим людям – я счастлив. Доброжелательная объективная критика всегда нужна. Она полезна. Если мои друзья, посмотрев концерт, скажут: «Заур, всё было хорошо, только вот здесь, здесь и здесь я бы сделал вот так…», – я обязательно прислушаюсь, но останусь при своём мнении. И это не потому, что я уверен в своей непогрешимости – ни в коем случае! Просто мой самый деспотичный критик – я сам. Я всегда недоволен своими концертами, записями. Меня и супруга постоянно ругает: «Всё, что ты записал, опять будешь перезаписывать, это точно. Тратить на это силы, деньги, время…». Я постоянно пытаюсь совершенствоваться, поскольку, как мне кажется, творческому человеку иначе нельзя. Если он думает: записал одну песню удачно и можно расслабиться – он глубоко ошибается. Постоянно совершенствоваться в нашем деле – просто необходимо. Я говорю в данном случае о серьёзных певцах, о серьёзном искусстве.
– Если расставить жизненные приоритеты, что будет на первом месте – семья или работа?
– В нашей жизни всё взаимосвязано, но, конечно же, на первом месте всегда будет семья. Это самое главное для меня, смысл моей жизни. У своих детей я пытаюсь воспитать вкус к настоящему искусству, великой литературе, классической музыке. Я не ограничиваю их в выборе – они слушают рэп, как и их одноклассники, порой соперничают – кто больше знает групп и исполнителей. Я не запрещаю: ребята, слушайте и то, и другое, со временем сделаете свой выбор. Для меня главное, чтобы они стали хорошими людьми. А какую профессию они выберут и какого уровня профессионалами в ней станут – это уже от них зависит.

Сегодняшним слушателям уже невозможно представить, что (в общем-то, не так давно) понравившуюся песню пела вся страна, а на эстраде не было непрофессионалов. Говорят, что только лишившись чего-либо, человек понимает ценность потери. Наверное, только лишившись своей национальной культуры, мы начнём бить в барабаны и вкладывать деньги в её восстановление. Что имеем, не храним… Хорошо, что пока ещё имеем!..Лариса КЛЕЦОВА

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *