Рубрика в газете: Будем спорить, № 2024/5, 10.02.2024
Мир перенаселён техникой. Эта перенаселённость наглядно ощущается в домашнем быту, где человек окружён десятками приборов и механизмов (символы человеческой лени), требующих к себе постоянного внимания и ухода. Глядя на уличную толпу, в которой каждый второй крепко сжимает в руках смартфон, невольно приходишь к мысли, что человечество погружается в неоязыческий технофетишизм.
№ 2024/5, 10.02.2024
Любая система, построенная на манипуляции со смыслами, неизменно очаровывает самих манипуляторов, тоже самое произошло и с участниками литературного процесса, активно принявшимися сочинять бесчисленные «разоблачительные» и «критикующие систему» романы. Казалось, что подобная вседозволенность утвердилась надёжно и надолго, но именно здесь и поджидал тот самый «русский фактор неожиданности».
Рубрика в газете: Рассказ, № 2024/5, 10.02.2024
Гуляю я как-то не спеша по лесочку, вижу, надо мной два «юнкерса» кружатся с крестами, низко совсем. Ну, думаю, надо с этим делом заканчивать. Мы именины у свояка отмечали, всё как положено. Водки три ящика по госцене, у меня знакомая технологом на нашем ликёро-водочном была, всё знает, из чего и как...
Рубрика в газете: Поэтический альбом, № 2024/5, 10.02.2024
Где раньше были деревья, / теперь зеленеют поля, /на месте сгоревшей деревни /лучше родит земля, //гранитные крепкие скалы /становятся пляжным песком… /– Смерть, где твоё жало, /не подавись куском…
№ 2024/5, 10.02.2024
Она так и осталась загадкой. С десяток написанных ею неярких томов. Сотни – не менее тусклых о ней. Тысячи всяких – о том, с кем она прожила жизнь. Тысячи тысяч – о тех, кто эту жизнь испытал на себе. Повытертые фото строгой девушки с длинной косой. Седенькой бабушки – в круглых очках и назидательно сомкнутыми устами. Масса пединститутов и школ, названных в её честь (в молодости она преподавала). Портреты, бюсты, мемориальные доски. Памятник на Лубянке – лицом к Сретенскому монастырю, где в 30-е придуманная не без участия её супруга НКВД томила в заточении остатки неперековавшегося духовенства.
№ 2024/5, 10.02.2024
«Поэт в России больше не поэт». Но катастрофа советского общества и, соответственно, советской культуры, поэзии в том числе, была неожиданной и внезапной не в большей степени, чем нашествие Батыя или вторжение Гитлера, но здесь важен прежде всего последующий факт длящегося вот уже треть века онемения и прозябания носителей и владетелей поэтического слова. Нет, стихи создавались и даже публиковались, но Поэзии – в том числе как общественного явления – не стало, она попросту улетучилась из «воздуха эпохи», вытекла, словно кровь, из её жил.
Рубрика в газете: Честь имею, № 2024/5, 10.02.2024
В начале февраля мне пришла странная эсэмэска из владимирской глуши от Александра Зиновьева. Нас связывает с ним любовь к творчеству Олега Куваева, который написал лучшую книгу про Север и про геологов: роман «Территория». Но на этот раз Зиновьев прислал не новые обнаруженные подробности о Куваеве. Он сообщил, что меня разыскивает моя знакомая Светлана Моисеева из Уссурийска. Зиновьев пояснил: это дочь твоего друга, и дал её телефон. То, что я услышал от Светы, было ужасно. Я и не знал, что мой товарищ – Светин отец – ровно год назад умер.
№ 2024/5, 10.02.2024
Птицы – всегда посланцы Бога. И не только в литературе, но и в обычной жизни – они всегда прилетают с неба, их пение – отголоски мелодий небесных сфер. Всем своим беззаботным видом они свидетельствуют о наличии неких, невидимых нам сил, которые оберегают их и в мороз, и в жару, и в бескормицу. Самое страшное зимой – это не мороз, не пронизывающий до костей ветер и серый плотный снег, а отсутствие птиц. Отсутствие птиц – это отсутствие Бога. А если нет Бога, то всё прочее становится бессмысленным...
№ 2024/5, 10.02.2024
Давно слышала об этом авторе. Решила прочесть, ничего особенного не ожидая. И удивилась, особенное-то было! Причём не в описании экзотических порядков-непорядков российской глубинки. Нет, обычная, всем нам хорошо знакомая жизнь между городом и деревней, потому что каждый горожанин сталкивается с «деревенской реальностью», хотя бы приехав на дачу, и каждый деревенский хоть как-то, да хлебнул городской жизни. А уж жизнь «пригорода» всеми нами изучена-переизучена. Но, повторю, удивил!
№ 2024/5, 10.02.2024
Когда-то, лет двадцать назад, я опубликовал в «Литературной России» (а я ведь был её подписчиком ещё школьником, в 1987–1988 годах – вспомнилось сейчас) статью о романах Владимира Богомолова и Юлиана Семёнова. В ней я написал, что они стали ответом на запрос КГБ второй половины 60-х годов о собственной героизации. Тогда же появились и фильмы «Щит и меч», «Путь в «Сатурн» про подвиги чекистов во время ВОВ, на основе соответствующих романов Кожевникова и Ардаматского. Сегодня хотелось бы остановиться на одном аспекте, который в то время выпал из моего внимания.
