Уникальному поэту и такому же неординарному человеку Анатолию Брагину сегодня перевалило бы за восемьдесят с хвостиком, то есть он мог бы ещё быть среди нас. Но жизнь поэта в России схожа с альпинизмом, в котором не всем удаётся взять очередную, новую и трудную, высоту, особенно когда молодость едва различима за спиной. Поскольку или страховка подведёт, или нездоровье «выкинет номер». Остаётся память о человеке и его стихи.
Записки сумасшедшего. «Немецкий театр» (Берлин). Спектакль в Москве в рамках «Сезона Станиславского».
Зима врывается в город стаей резных снежинок, приветствуя театральные новинки сезона 2017–2018 года. Если говорить о театре как о живом организме, многим понятно, как он эволюционирует и меняется, учитывая все переменные. Любое искусство следует за обществом и подчиняется его правилам игры. Лишь это даёт ему возможность – выжить. И сегодня мы поговорим о рождении нового театра. Эта осень стала точкой отсчёта его творческого пути. Театральный центр «Станиславский» открыл свой первый театральный сезон в качестве полноправного члена театрального сообщества. Свои вопросы я задам известному режиссёру и актёру Игорю Коробейникову-Маслову с нынешнего сезона генеральному директору театрального центра «Станиславский».
После принятого 4 декабря 1957 года постановления Бюро ЦК КПСС РСФСР о создании газеты «Литература и жизнь» встали вопросы, где размещать новую редакцию и где печатать новую газету. Первый секретарь правления Союза писателей СССР Алексей Сурков считал, что новая редакция должна находиться вместе с редакцией «Литгазеты» на Цветном бульваре, 30. Но оставалось уточнить, выдержит ли дополнительную нагрузку типография «ЛГ».
Много лет вокруг дач Литфонда в Переделкине сотрясались грандиозные скандалы. Народ недоумевал, почему горстка литераторов пожизненно хозяйничала на драгоценных заповедных землях. Почему дачи Литфонда выделялись сочинителям не на три-четыре года, а по сути на целые десятилетия? За какие заслуги? Только потому, что кто-то когда-то занимал большие посты? Однако справедливости не было ни в советское время, ни в эпоху Ельцина.
Заканчивается год столетия «Великого Октября», «великого эксперимента», год столетия «вооружённого переворота», «узурпации власти», «катастрофы, разломившей русскую землю»... Чего только не наслушались мы – плюрализм! правильный плюрализм, не смотря на всю неблагозвучность этого слова, – в осенних номерах «ЛР»... Но, преодолевая желание сказать: «Да называйте хоть чёртом», хочется непременно заметить, что факт этот говорит только об одном: революция-то осталась в далёком-далёком прошлом, а вот гражданская война продолжается и по сей день. И хорошо, что только на идеологическом фронте, ведь снова мало никому не покажется, если, не дай бог, это противостояние превратится в нечто иное.
В конце прошлого года раздались дружные возгласы недовольной публики и критики: «Молодого! Нового! Современного!». К общественному мнению у нас не всегда прислушиваются. Но тут началось некое шевеление. Сперва подсуетились в премиальном процессе. В экстренном порядке изобрели премию «Лицей». Начали раскачиваться издательства. К одиноко стоявшим неформалам из «ИЛ-music» подтянулись петербуржцы («Лимбус-пресс», «Геликон Плюс»), зашевелился даже такой мастодонт как «Эксмо». Достигнутые результаты оказались весьма скромными. Но некоторые итоги всё равно стоит подвести.
Сперва о том, как дело продвигалось на премиальном поприще. Здесь особенных достижений не наблюдалось. Премировали либо не совсем молодое (Козлова, Рубанов), либо не слишком современное (Николаенко). Премия «Лицей», что называется, заморачиваться не стала, увенчала лавровым венком повесть Кристины Гептинг «Плюс жизнь» – чистый незамутнённый young adult, книгу для юношества, выражаясь старомодным языком. Решение логичное, практичное, но не подошли ли к вопросу излишне формально?
Когда мы с приятелем Володей, бывает, выпиваем совместно по кружечке пивка в летнем Ярославле, к нам порой подходит здоровый лоб мужеского пола – и просит «помочь», «выручить». На нём бы пахать, а он клянчит. Я обычно просто отказываю, а вот Володя не упустит случая вежливо поинтересоваться у лба: – Работать не пробовал? В этом ироническом вопросе, как я понимаю, скрыт глубокий смысл.
